Зачем вы, бабушки, ему поверили?

Признаться, невозможно было без улыбки смотреть, как этот взрослый мужчина плакал, прося судью не наказывать его слишком строго. Вид его был жалок и комичен одновременно, а слезы, хотя и настоящие, совсем не походили на слезы раскаяния. Сказывались месяцы, проведенные в СИЗО, где он овладел нехитрыми приемами бить на жалость.— Жизнь заставила меня пойти на преступление, — заученно твердил 37-летний Валерий Соколов, вспоминая при этом свою незавидную биографию: детство провел в интернате, отца не помнит, мать лишили родительских прав, а единственный брат не выходит из тюрьмы. — Назначьте любое наказание, только не лишайте свободы, — просил он.Куда только девались прежние самоуверенность