В южной галерее Дворца Румянцевых и Паскевичей проходит выставка «Запечатленное детство». Это совместный проект музея Гомельского дворцово-паркового ансамбля и Белгородского государственного музея народной культуры на основе планшетной выставки «Дети на старинной фотографии».
Проект предлагает внимательному созерцателю репродукции фотопортретов очаровательных юных дам и кавалеров, чье детство выпало на рубеж XIX и XX столетий. Подобные фотографии выполнялись на заказ в специальных студиях известными мастерами своего времени. Одним из таких фотохудожников был Алексей Михайлович Иваницкий – уроженец Белгорода, действительный член Русского фотографического общества, обладатель множества наград международных выставок. Рано осиротев, Иваницкий устроился на работу в фотомастерскую в Харькове, где проявил себя настолько хорошо, что спустя несколько лет сумел открыть собственное дело. Его объективу принадлежит знаменитая серия снимков с места крушения императорского поезда у станции Борки в 1888 году, почтовые открытки с видами старого Белгорода и фотопортреты многих известных деятелей его времени: Шаляпина, Чехова и других.
Среди других авторов детских фотографий, которые предоставил Белгородский государственный музей народной культуры, – Иоаким Петрович Борковский, открывший студию в 1904 году и известный выразительными кабинетными портретами.
Групповой детский портрет. Фотоателье И. П. Борковского. Белгород, начало ХХ века. Из фондов Белгородского музея
Коллекция старинных детских фотопортретов из собрания музея Гомельского дворцово-паркового ансамбля объединяет мастеров из разных городов. Среди них фотоателье купца 2-й гильдии Николая Александровича Уземского, открытое на Крещатике в Киеве в 1892 году. Николай Александрович обучался мастерству у придворного фотографа великой княгини Александры Петровны и официального фотографа Киевского университета Владимира Высоцкого – тезки знаменитого автора-исполнителя песен.
Фотография молодой семьи с очаровательным белокурым малышом была сделана в мастерской И. Кулаги в далеком Омске. Фирменным почерком фотоателье была особая торжественность и подчеркнутая парадность снимков, строгость костюмов и тщательно выстроенных поз. А между тем за этой безупречной сценой скрывается пронзительная жизненная ситуация, о которой нам сообщает подпись на оборотной стороне: «1915 год. Перед отправкой на фронт отца».
Семейный портрет. Фотоателье И. Кулаги. Омск, 1915 год. Из фондов музея Гомельского дворцово-паркового ансамбля
Образы двух девочек в белоснежных передниках остались в истории благодаря деятельности Никифора Дмитриевича Зенина. Общественный деятель, художник, фотограф, писатель, журналист, книгоиздатель, действительный член Русского фотографического общества, член добровольного пожарного общества был по совместительству владельцем «мастерской светописи», где выполнялись всевозможные фотографические работы. Будучи старообрядцем, Зенин создал фотогалерею местных представителей духовенства и церковно-общественных деятелей. Мастерская располагалась в Егорьевске, в то время город относился к Рязанской губернии, сейчас – к Московской области.
Портрет двух девочек. Фотоателье Н. Д. Зенина. Егорьевск, начало ХХ века. Из фондов музея Гомельского дворцово-паркового ансамбля
Выходец из дворянской семьи французского происхождения Станислав Филиберт Флёри был награжден серебряной медалью Санкт-Петербургского фотографического общества за достижения в фотоискусстве: он запечатлел для истории улицы и архитектурные памятники старой Вильны, цифровизовал экспонаты Музея древностей при Виленской публичной библиотеке и другие исторические артефакты и стал одним из местных пионеров стереофотографии. В фотоателье Станислава Флёри в самом сердце Старого города создавались и фотопортреты.
Портрет И. К. Ковалева. Фотоателье С. Ф. Флёри. Вильно, 1910-е годы. Из фондов музея Гомельского дворцово-паркового ансамбля
На выставке представлены и фотографии детей, сделанные в Гомеле. Выразительными портретами славилась студия Абрама Хононовича Левинмана. В 1905–1907 годах студия носила название «Артистическая фотография Левинмана» и располагалась в доме Перцовского по улице Румянцевской (ныне Советская), а после 1913-го фигурировала уже как «Центральная художественная фотография» с пропиской в доме Цейтлина по той же улице. Качество работ студии было отмечено большой золотой медалью на художественно-промышленной выставке в Париже в 1905 году.
В конце XIX – начале XX века фотография, хотя и получила достаточно широкое распространение, не была общедоступной. При среднемесячном заработке простого рабочего в 8–12 рублей фотопортрет обходился примерно в рубль-полтора. Поэтому фотографирование превращалось в настоящее событие: к нему готовились, тщательно выбирали наряды и аксессуары. Сам процесс съемки проходил в специальной студии, оснащенной необходимым реквизитом: изысканной мебелью, ширмами, фрагментами балюстрады, колоннами и полуколоннами, а также огромными живописными полотнами-фонами, изображающими пейзажи, реже – дворцовые интерьеры. Фотограф тщательно выстраивал композицию кадра, продумывая расположение и позы всех участников. Это очень сближало фотографию с изобразительным искусством, и сходство еще больше усиливалось, если клиент запрашивал ретушь фотографии или ее расцвечивание, например, акварелью или маслом. Такие услуги оказывались фотографами, часто имевшими художественное образование.
Декорациями на детских фото также выступали пейзажные полотна-фоны, искусственные балюстрады, стулья и кресла, на которые часто усаживали малышей, а еще – игрушечные лошадки-качалки или на колесиках. Конец XIX века был периодом расцвета моды на эти игрушки, поначалу бытовавших лишь в состоятельных семьях. Лошадок изготавливали вручную из дерева, обтягивали текстилем или коровьей шкурой, седла и уздечки делались из кожи, глаза выполнялись из стекла, а хвост и грива – из настоящего конского волоса.
Еще одна особенность детских фото – загадка платьица на самых маленьких. Не каждый ребенок в платье с рюшами обязательно окажется девочкой. Это может быть и мальчик. Дело в том, что в конце позапрошлого – начале прошлого века все еще сохранялась почти полувековая традиция облачать маленьких детей, вне зависимости от пола, в одежды, оканчивающиеся юбочкой. Историки костюма объясняют это многими причинами: и удобством платья в быту как для самих крох, так и для матерей, ухаживающих за ними, и частью инициации – до 6–7 лет мальчик находился полностью под опекой матери и нянек, после чего становился частью уже мужского мира с учителями, гувернерами и, разумеется, брюками. А в возрасте одного-двух лет крошечные кавалеры, одетые в прелестные платьица, чепцы и часто носившие кудри и локоны, были почти неотличимы от крошечных дам.
Спасибо нашим коллегам из Белгородского государственного музея народной культуры за сотрудничество, позволившее подготовить проект «Запечатленное детство» – очень душевный и очень значимый еще и потому, что он напоминает о хрупкости и быстротечности жизни и о по-настоящему важном в ней, что нужно оберегать и защищать во все времена.
