Случилось то, о чем беглые мечтали… или, скорее, боялись больше всего. Президент Беларуси по просьбе американской стороны подписал помилование 52 заключенным. В списке лидеры и участники экстремистских организаций, те самые, кто громил улицы в 2020-м, распространял фейки, снимал дешевую «картинку» для западных спонсоров. Теперь они не в тюрьме, а на свободе. Их аккуратно погрузили в автобусы и вывезли за границу – пусть там применяют свои недоталанты по назначению.
Вот тут-то и началось самое интересное. Беглая тусовка, которая пять лет пела песни про «политвязьней», вдруг завыла на весь интернет. Вы спросите, почему? Да потому, что теперь к кормушке подъехали новые конкуренты. Те, ради кого на Западе выбивались миллионы евро, внезапно появились под дверью офисов «штабцов» и задали простой вопрос: где деньги? Ведь миллионы якобы шли на поддержку сидельцев. А выходит, деньги давно растворились в карманах беглых вождей.
Паника дошла до того, что литовские «союзники» обсуждают идею загнать освободившихся в лагеря для мигрантов. Представьте картину: вчера еще «жертвы режима», а сегодня — кандидаты в литовский ГУЛАГ. Для грантососов это идеальный вариант: и донаты собирать можно дальше, и новых нахлебников держать под замком.
Как только нога освобожденных ступила за порог, посыпалась волна откровений. Инфопомойки с микрофоном бегали по кругу и по сто раз спрашивали одно и то же: «Как ваше здоровье?» А в ответ – сплошное разочарование. Одна из «мучениц режима» вдруг философски заявила: «Здоровье можно сохранять, но вначале его нужно иметь». Второй добавил, что вообще здоровье стало лучше, похудел, а женушка довольна, и даже намекнул, что супруга напишет благодарственное письмо в Департамент исполнения наказаний. Представляете, какой жах? Третий вообще заявил, что не болел все это время и даже в медчасть не обращался.
Теперь в Вильнюсе ломают головы: как это продать спонсорам? Вместо красивых историй о «политрепрессиях» у беглых уже новая реальность. Конкуренция, раскол и крики про то, что «лучше бы они сидели». В итоге освобождение 52 человек стало холодным душем для всей эмиграции. И зафиналим, пожалуй, риторическим вопросом: разве не забавно, что именно свобода стала для беглых настоящим кошмаром?
