«Взрослеют на глазах»: как кадетские поисковые экспедиции формируют мировоззрение подростков

– Да, в ней задействованы все кадетские училища, профильные лицеи и Минское суворовское военное училище. Работа клуба «Алые погоны» довольно быстро показала свою результативность, поэтому и возникла идея привлекать к поисковой деятельности учащихся из других регионов Беларуси.

– Я как раз и представлял опыт работы поисковой кадетской ассоциации, для которой отправной точкой стал клуб «Алые погоны». И, как было отмечено на форуме, эта практика, наряду с другими, может стать основой для масштабных белорусско-российских проектов.

– Значительно улучшили материальную базу. Мебель приобрели для нашего музея, мультиборд, ноутбук, фотоаппарат, палатки, в которых теперь ком­фортно жить во время поисковых полевых работ. Еще портативные рации дальнего радиуса действия.

– Как у сотрудников белорусских спецслужб. Теперь можно держать связь на расстоянии десяти километров, когда одна группа в лагере остается, а другая уходит куда-нибудь вглубь лесного массива. Телефон ведь не везде сигнал ловит.

– К сожалению. Некоторое время назад искали родственника одного из наших кадет. Узнали, что погиб в Польше, где был похоронен и перезахоронен на территории Варшавы. Выяснили это из архивных документов. В польской столице есть мемориальное кладбище, где покоятся более 20 тысяч советских воинов.

Однако фамилии нашего красноармейца в списках не оказалось, и мы обратились к польской стороне с просьбой о помощи. Только там уже считали, что это не Германия на них напала, а Советский Союз вместе с Германией, так что доступ к польским архивам был для нас закрыт. Но история циклична, здравый смысл обязательно восторжествует, и мы доберемся до истины.

– Если проявлять настойчивость, то и случайность станет закономерностью. Долго не могли найти родственников нашего земляка, младшего лейтенанта Наума Фрейдина, захороненного на Смоленщине. Ни в гомельской еврейской общине, ни в посольстве Израиля нам помочь не смогли. Списались с Яд ва-Шем – мемориальным музейным комплексом жертв холокоста в Иерусалиме, но тоже безрезультатно.

И тут наш товарищ из Калинковичей, руководитель клуба «Поиск», получил приглашение в Израиль от своего одноклассника, который ранее у него гостил. Тогда я попросил передать нашу заявку в Яд ва-Шем из рук в руки, раз уж интернет не сработал. Оказалось, что у израильтян уже есть встречная заявка от родственников погибшего. Они считали его без вести пропавшим.

– Их дом был на улице Красноармейской. В полутора километрах от Гомельского кадетского училища, которое тогда располагалось на Котовского.

– Да. Мы через архив сайта «Память народа» решили выяснить, кто оттуда уходил на фронт, – так появился проект «Герои улицы Котовского». Нашлись 23 человека. Судьбы удивительные. В доме номер 57 до войны жил Леонид Крутько. Он стал танкистом и в 45-м в звании младшего лейтенанта погиб на территории Германии. Старшина Николай Сковородин – тоже герой с этой улицы. Он был летчиком. В августе 41-го его подбили в небе над Брянщиной, и он направил горящий самолет на скопление вражеской техники, повторив огненный таран Николая Гастелло. На улице Котовского жил и начальник штаба партизанского отряда «Большевик» Вячеслав Юдин.

В альбоме собрана история отряда «Большевик» и Гомельского подполья

– Мы его сделали, чтобы дать вторую жизнь изданию 1973 года. Оно также хранится в музее и само по себе уникально тем, что бывшие партизаны подбирали для него фотографии из собственных архивов. А мы решили привлечь современные технологии и разместили QR-коды рядом с фотопортретами тех партизан, на которых удалось найти в интернете какие-то документы. Теперь восемьдесят одна фотография из ста сорока девяти имеет QR-код. Наводишь на фото с кодом телефон и попадаешь на сайт, где собрана информация об этом человеке. Так что у нас в музее два альбома: один – 1973-го, а второй – 2024 года выпуска.

– Когда в 2021 году Генпрокуратура возбудила уголовное дело о геноциде белорусского народа, то меня, учитывая поисковую деятельность клуба, приглашали в качестве свидетеля. Тогда «Алые погоны» стали единственной гражданской организацией, получившей право на поисковые работы совместно со следственной группой.

В октябре на место бывшего концлагеря, находившегося в ченковском лесу, приехали военные поисковики. Мы помогали на раскопках расстрельных ям. Я подсчитал – у нас было 76 выездов. А летом 2022 года и летом 2023-го «Алые погоны» организовали сразу два лагеря. Оба работали круглосуточно.

– Чтобы помнить, надо знать. Бывали захоронения, когда мы поднимали бойцов, которых даже не успели переодеть. Их осенью призвали, и они в галоши были обуты. Страшно, когда достаешь галошу, а в ней пальцы… Страшно было и то, что мы увидели на раскопках летом 2022-го. Спускаешься в яму свыше двух метров глубиной, а вокруг, куда ни посмотри, сплошь люди, люди… В ченковском лесу в 31 яме были захоронены 922 человека. Это как открытая рана. Такое никогда не сотрется из памяти. Но об этом надо знать.